September 25th, 2020

персики

История в усадьбе Первушиных

Начинается как святочная. Осиротевший мещанский ребёнок Лёша Первушин получил счастливый билет в лице богатого покровителя - фабриканта Баранова. Использует свой билет в полной мере, становится ЧСД, купцом, уважаемым и влиятельным человеком, женится на дочери городского головы итэдэитэпэ. А дальше скучные будни. Дети росли, получали хорошее образование, новая власть их особо не притесняла - но на сегодня нет никого из этого рода.

Усадьба тоже своего рода потёмкинская деревня. Личных вещей Первушиных там очень, очень мало. Но. И музыкальный инструмент, и сейф - в отличном состоянии. Дом в целом отреставрирован и даёт представление о жизни купеческого семейства. Я вот заметила, что помещения не особенно просторные, например.
Музыкальный инструмент. Забыла, как называется


Печная заслонка, одна из


Светильник в нетронутом состоянии. Как я поняла, его боятся трогать

Раньше я ходила на экскурсовода. Нынче там появился новый, мне не понравился. Самопрезентация - не то, чего я хочу от экскурсовода, уж коли без него мне в этот дом не попасть.

Из комнаты хозяйки сделали паноптикум


Эскизы барановских ситцев. Гуашь, крафт-бумага. Мне не ответили, почему за столько лет гуашь не выцвела





Ладно гуаши - в кабинете хозяина хранится огромный альбом с образцами ситцев. И ткани пылают, как новенькие. В особых условиях ничего не хранится, просто стеклянная витрина. Видать, не зря барановские ситцы брали призы на выставках.

Несмотря на экскурсовода, планирую навещать это место.

Моральная революция

С Одонатой, владелицей паблика "Тамара, какого хрена", я во многом не согласна. В частности, мы с ней радикально расходимся в отношении к тому громкому проекту про пересаживание на лицо. Но тут - не могу не перепостить и не могу не согласиться.

* * * * *
Да не существует никакой «новой этики», прекратите это так называть. Это все та же старая как мир этика, просто раньше это называлось «вести себя достойно» и распространялось только на тех, у кого это самое достоинство было. Те, кто словом «достоинство» называли какие-то свои части тела, из этого дискурса исключались, и про них говорили: «Ну что ты от него хочешь, он же…»
Хватать за жопу коллег никогда не было этично. Спать с подчиненными никогда не было нормально. Для седых профессоров совращать первокурсниц никогда не было окей. Какая, нафиг, «новая этика»?
Все, что происходит сейчас – это банальное проговаривание до того негласных штук. Что присвистывание и сальная шуточка – это не приятно, а оскорбительно в лучшем случае, и пугающе – в худшем. Что секс с человеком, который находится в пьяной отключке – это омерзительно и является изнасилованием. Что называть кого-то жирным – это некрасиво. Что прямые и косвенные угрозы увольнением в случае отказа в «любви и ласке» - это чудовищно. Что детей бить не хорошо в конце концов!
Просто раньше казалось, что это как-то.. хм.. Очевидно?
Знаете, в крупных аэропортах-хабах, вроде лондонского Хитроу или стамбульского Ататюрка, в туалетах висят таблички на нескольких языках: «Пожалуйста, не мойте ноги в раковине. Пожалуйста, смывайте за собой в туалете. Пожалуйста, не мочитесь на пол». И это кажется немного дико. Ну серьезно, кто все эти люди, которым нужно такие вещи ПОЯСНЯТЬ? И не в на остановке автобуса в богом забытой деревне страны третьего мира, а в грандиозных сверкающих дороговизной престижных аэропортах мира?
А потом на пересадке ты заходишь в туалет какого-нибудь Шар Де Голля и видишь женщину в чадре, с ногой задранной в раковину. Потому что она выросла далеко не в Сен-Жермене и у нее понятия того, что есть «прилично» несколько отличаются. (Она, например, может в ужасе и брезгливости наблюдать за вами, потому что ей вообще не понятно, как это можно после долгой дороги не помыть ноги, но это другая история)
В общем постепенно мы приходим к тому, что если имеешь дело с большими, так сказать, народными массами, разнородными в своем составе, банальные вещи лучше проговорить. Максимально доступно. Мало ли, какой у человека бэкграунд.
Поэтому вся эта «новая этика» и «бесконечные разговоры про харассмент» - это не изобретение морального велосипеда, это вербализация того, что всегда и было нормой.
Простой тест. Если вы правда считаете, что сказать девушке про то, что у нее аппетитные сиськи или ударить по заднице – это не оскорбительно, а такой вполне приемлемый способ «подбодрить», который всегда работал, пока не пришли эти феминистки с леваками и все не испортили, скажите – а вы сделали бы это, если бы рядом находился ее отец? А если он ваш начальник?
Видите – это никогда не было «нормальным». Просто раньше это было ненаказуемым. А это – разные понятия.
В отличие от арабской женщины в чадре, которая впервые попала в европейскую часть мира, человек, который паркуется на газоне, курит там, где нельзя или ссыт мимо унитаза, как правило в курсе, что так делать не очень хорошо. Поэтому часто к табличке «не парковаться в клумбах» нужна другая, про «штраф – лопатой по стеклу». В таких случаях тот же самый человек, который на повышенных тонах вам рассказывал про то, что «да всю жизнь так все делали», внезапно перестает так делать. И проявляет чудеса этической чуткости в понимании собственных поведенческих границ.
Мужчины начинают «фильтровать базар», когда за него можно и «ответить». Профессора резко перестают рассказывать про «любви все возрасты покорны», если второкурсница – дочка высоко сидящего офицера. Присвистывать вслед жене начальника как-то не хочется.
Кстати, дамы, что это вы делаете такие лица, как будто вас это все не касается?
Скидывать всю работу на безотказного Игоря, потому что «ну ты же единственный тут мужчина» как-то меньше тянет, если он еще и единственный сын заведующей отделением. Унижать мужа-мямлю и кричать ему что он мало зарабатывает и ноль в постели почему-то как сподручнее наедине, а не при свекрови, в квартире которой вы живете. Советовать начальнице сбросить пару десятков кило и объяснить, что ей нужно замуж и рожать, почему-то не приходит в голову.
В общем все кристально ясно всем про этические нормы, давайте не прикидываться. Только вот есть категория людей, которые вспоминают о них только если есть ненулевой шанс «огрести». Вся удивительная новизна «новой этики» заключается в том, что, мол, а давайте со всеми и всегда вести себя так, как будто по умолчанию за них есть кому заступится.
Для людей, которые и так старались «вести себя достойно» этика никак не изменилась с эпохи Брежнева до эпохи тиндера. А вот для тех, кто упорно ссыт на пол, пока никто не видит появилась поясняющая табличка. И штраф лопатой.
Вот и вся моральная революция.

* * * * *
UPD: https://congregatio.livejournal.com/3975158.html